• Сегодня: Четверг, Апрель 2, 2020

Ежедневно и в одиночку. (Учитель – легко или тяжело?)

DoCxDup3hLA

Наверняка любому ученику хоть раз приходили в голову мысли о том, как выглядит урок с позиции учителя. Кто-то, может быть, даже представлял себя на его месте. В этом учебном году некоторым ребятам в день самоуправления удалось-таки попробовать себя в роли учителя. Они получили возможность на практике проверить, какого это нести на своих плечах нелегкую, как выяснилось, учительскую ношу.

DoCxDup3hLA

В этот необычный день уроки длились всего лишь 20 минут! Кто-то из ребят вел математику, кто-то – химию, а мне и двум моим друзьям предстояло обучать детей «великому и могучему» русскому языку, а также литературе.

Мы договорились заранее, что я кратко объясню детям материал и выполню с ними задания, указанные Ларисой Алексеевной (учитель, которого мы замещали); мои товарищи взяли на себя дисциплинарную часть, ибо успокоить толпу детей в одиночку не представлялось возможным.

И вот мы входим в двери класса, в котором нас ожидал беснующийся (звонок еще не прозвенел) 6 «А». Когда мы вошли, на нас устремились несколько удивленных взглядов, а один мальчик спросил: «Это вы у нас ведете, что ли?». Я ответил на его вопрос кивком головы, представил нас, троих «учителей», а затем оглядел присутствующих. Ничего примечательного: обычный класс, обычные девчонки и мальчишки, такие же, какими совсем недавно были мы.

Когда прозвенел звонок, и я с учебником в руках оказался перед с трудом усаженными учениками, то вдруг вспомнил, что у меня совсем нет опыта работы с детьми, и я плохо представляю, что делать дальше. С чего начать?.. За несколько секунд немой сцены я в ускоренном темпе припоминал, как это обычно бывает, после чего, в конце концов, осведомился о теме предыдущего урока. Класс начал шуметь разными голосами, и я быстро понял, что обращаться к толпе было ошибкой, поэтому, после того, как все успокоились, я начал спрашивать детей по одному.

Тут, надо сказать, я стал потихоньку вживаться в роль.  После объяснения темы и краткого изучения параграфа мы приступили к выполнению устных упражнений, и начиналось все неплохо. Первой отвечала девочка, производящая впечатление прилежной ученицы (спокойно сидела за первой партой, не кричала, тянула руку), заслужив себе хорошую оценку. (Мы ставили оценки, чтобы потом передать их учителю, в журнал они нами, естественно, не выставлялись). Следом за ней отвечал знакомый мне мальчик, который был не столь прилежен, однако прекрасно понимал, что мой урок – возможность получить легкую оценку, что он, собственно, и сделал.

Трудности начались, когда я спросил третьего ученика. Может быть, он действительно не знал, как выполнить задание, но скорее всего, он даже не думал о нем. Так или иначе, он отказывался отвечать, отшучивался и спорил со мной. Уняв в себе заядлого спорщика, я поставил ему неудовлетворительную оценку и уже начал подумывать о дисциплинарном наказании, ибо он очень мешал, весь урок, занимаясь чем угодно, кроме русского языка, но тут прозвенел звонок и, так как ни мне, ни ученикам не хотелось задерживаться, мы расстались.

Далее снова был русский язык, но на этот раз у 5 «Б». Начиналось все также: приветствие, представление, тема. Но когда ученики принялись за письменное упражнение, я понял, что будет труднее, потому что выглядело это следующим образом: малая часть пятиклассников спокойно пишут, несколько человек тянут руки, желая задать мне вопрос по поводу задания, два мальчика кидают кусочки ластика в девочек, эти самые девочки громко возмущаются, кто-то просто сидит, не имея на столе даже учебника, кто-то в голос болтает с соседом и т.д. В тот момент я чувствовал себя средневековым феодалом, которому предстояло угомонить своих разрозненных вассалов. Даже втроем разобраться в этом бардаке – весьма и весьма непростая задачка.

К счастью, вскоре прибыла помощь в виде двух одиннадцатиклассниц, зашедших к нам из-за отсутствия в данный момент собственного урока. Впятером справляться было в разы легче, и вскоре работы были проверены, оценки выставлены, а мы двинулись к последнему на сегодня уроку – литературе все у того же 6 «А».

Тут из средневекового феодала я превратился в некое подобие палача, потому что мне предстояло на оценку спрашивать у знакомых детей пересказ древнерусского литературного произведения. Некоторые рассказали сразу, некоторые признавались, что не учили, упрашивая ничего им не ставить, а одна девочка пыталась рассказать два раза, сбиваясь исключительно из-за стеснительности.  Рассказав в третий раз, получила заслуженную пятерку.

И вдруг я осознал, что совершенно забыл сообщить шестиклассникам домашнее задание по русскому языку, поспешив тут же это исправить. Мои слова оказали на детей сильное влияние: они стали просить меня не задавать им ничего, обещали всю оставшуюся часть урока сидеть смирно и выполнять все задания. «Вот тебе и рычаги давления», – подумал я и усмехнулся. Когда шестиклассники узнали, что я подумаю над их предложением, произошло совершенное чудо. Даже самые непослушные ученики вдруг опустили глаза в книгу и спокойно принялись за изучение параграфа с закрытыми ртами и прямыми спинами.

Но вот урок подошел к концу, и надо было решать вопрос с домашним заданием. С одной стороны, у меня были четкие указания учителя, с другой – дети действительно вели себя образцово. Наконец я сказал:

– Ладно, по русскому ничего не задано!  Если что, скажите Ларисе Алексеевне, что я забыл.

Радостные дети покивали, собрали вещи и быстро покинули класс. На этом наш «рабочий день» окончился, оставив нам лишь интересный опыт, листок с оценками и предположениями о том, как можно делать такое ежедневно и в одиночку.

Вадим Попов (10 класс), фото Анастасии Веневитиной (Творческая студия «Телерепортёр»)

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать HTML теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>