• Сегодня: Понедельник, Июнь 18, 2018

Воронеж: в поисках неизведанного

ti23ks_l0be

Полдень. Конец октября, а на улице падает снег. Оглядываюсь вокруг и бросаю взгляд на часы. «Опять опаздывает… – потираю замершие ладони, – Хоть бы раз вышла вовремя!» Белые хлопья, падая на шапку и пальто, с каждой секундой увеличивают мое сходство со снеговиком. Вот она! Моя «пунктуальная» подруга Вика, улыбаясь, с распростертыми руками бежит ко мне навстречу.

Сегодня мы с подругой встретились, чтобы посвятить время себе и Воронежу. Своему родному городу, которого не знаем! Достопримечательностям, которых не видели!

Выходим из «семьдесят пятого» у Благовещенского собора. Вика прячет нос в воротник куртки, из-под которого гулко раздается недовольное «Хооолодно». Разворачиваю карту города.

– Нам сюда, – тычу пальцем в один из домов, – или не сюда? Как по ней ориентироваться, ума не приложу?

– Шестнадцатый год на дворе!, – вздыхает Вика и достает смартфон, – окей, гугл! Сейчас все будет, – подмигивает она, – диктуй адрес.
Коммунаров 43. На стене жилого дома благодаря руке пермского художника-трафаретчика Виктора Фрукты в рамках проекта «Исторические Re:марки» появился портрет лауреата Нобелевской премии Ивана Бунина. Граффити выполнено в виде марки советских времен. Место нахождения столь необычного арт-объекта символично: неподалеку находится дом, в котором родился русский писатель и Введенская церковь, где он был крещен.

– Никогда бы не подумала, что в нашем городе есть такой современный «памятник» Бунину, – удивляется Вика.  Она открывает «камеру» на телефоне.

Невероятно приятен глазу большой портрет, красующийся во всю величину жилого домика на тихой улице города. Мимо ездят машины, идут люди. Для местных этот арт-объект давно не новость, а мы стоим здесь, как туристы-иностранцы, фотографируем и диву даемся. «Надо сегодня какое-нибудь произведение Ивана Алексеевича прочитать…» – проносится в голове.

_6-y3bttzsg

– Знаешь, а я уже вхожу во вкус, – выводит меня из раздумий голос Вики. Напоминает игру-квест, только больших масштабов: есть место, адрес, а ты ходишь, ищешь по всему городу. Единственное, нет награды за найденный объект, – она спускается в глубь улицы, протирая запотевшие очки.

– Ошибаешься, кричу, догоняя подругу и протягиваю ей горсть карамелек, – для такого случая приз всегда есть. Стоим посередине улицы, уткнувшись в экран телефона, на нас время от времени натыкаются прохожие. Чувствую, как что-то раз за разом касается моей правой ноги. Потом левой.

– Стоят тут, прохода не дают! – машет клюкой в нашу сторону старушка в сером платке.

– Извините, бабуля, но у нас тут дела государственной важности, – задирает нос Вика, – Мы, как Колумб Америку, открываем для себя Воронеж. Заново! Наградив нас укоряющим взглядом, старушка уходит, ворча что-то про «нахальное поколение».

– Так, если синяя точка на карте это мы, а красная метка – объект назначения, то нам прямо до перехода, потом налево, – вожу пальцем по мокрому от снега экрану.

– Значит, туда! – командует подруга, протянув вперед левую руку, правой запихивая карамельку в рот. Идем по улочке жилого сектора. Кругом – небольшие частные дома, кроме нас – ни души. За углом виднеется голубая арка, увенчанная православным крестом. Проходим еще немного –замечаем шпиль церкви.

– Все, пришли, – не дожидаясь ответа, моя спутница заворачивает в арку. – Нам нужен монастырь, но по всей видимости не этот, – отвечаю я, продолжая идти вперед.

– И сколько же их на этой улице? – догоняет меня подруга, – кстати, как она называется? Останавливая взгляд на табличке дома, читаю: «Освобождение труда».

– Иронично, – бросает Вика.
Освобождение Труда, 6а. Алексеево-Акатов монастырь. Старая колокольня-звонница, расположенная на его территории – памятник истории и культуры федерального значения. Построенная в 1647 году, она является единственным образчиком допетровского, старого московского зодчества. Сооружение считается одним из самых старых каменных зданий Воронежа, дошедшее до наших дней в своем первозданном виде. На территории монастыря тихо и спокойно. Небольшой ухоженный скверик поразил меня своей «теплой» и уютной атмосферой. Он напоминает обитель души. Оказавшись здесь, я обратила внимание на то, что монастырь в ухоженном состоянии, даже осенью изобилует озеленением, а в теплое время года здесь наверняка работают фонтанчики, распускаются цветы. Среди этого великолепия возвышается старая колокольня-звонница, найти которую нам не составило труда. Она не тронута реставрацией, лишь покрашена в белый цвет. Стоим, смотрим на нее и молчим. Вокруг тихо-тихо. Кажется, что мы здесь одни. Лишь изредка пройдет рабочий с лестницей в руках, или старушка-монахиня. Остановится, перекрестится и засеменит дальше по узкой тропинке. Поражает, как памятник зодчества пронес в себе через года веру и историю.

– Хорошо здесь, душа поет, – задумчиво произносит Вика, – и это в самом центре города! Настоящий «оазис посреди пустыни», «рай для души»…

iicylhrxxea

– Я знаю это место! Слева будет Чернавский мост, а вон то здание впереди – «Арсенал», – дергает за рукав моего пальто Вика, указывая на краеведческий музей Великой Отечественной Войны.

– Ты права. Пойдем! – беру подругу за руку, и, доверившись светофору, сигналящему зеленым, вытаскиваю ее на середину дороги. Но несмотря на это, машины почему-то продолжают движение по проезжей части.

– Ты уверена, что этот светофор – нам?, – кричит на ухо Вика, заглушая сигнал бибикающих автомобилей. Осознав, что пешеходного перехода здесь нет, а зеленый горит для машин на перекрестке, я рывком возвращаюсь на тротуар.

– Быстро с двумя достопримечательностями управились…еще чуть-чуть и до третьего бы не дошли! – переводит дух моя спутница.

Большая Манежная, 13. Подходим к зданию. Перед нами – каменная стена. На старой кирпичной стене казармы Раневского полка (сегодня оно принадлежат медицинскому учреждению) находится необычный памятник войны – старая надпись, сделанная белой краской: «Проверено. Мин не обнаружено. 29-1-43г. Козорезов». Рядом на фасаде в 1998 году была установлена «официальная» табличка: «Памяти юных минеров, разминировавших наш город в годы Великой Отечественной войны».

– Надо же, и впрямь памятник войны, – широко раскрываю глаза от удивления, – причем какой!

Вика проводит рукой по надписи, будто убеждаясь в ее существовании. Она достает замерзшими руками телефон из кармана и начинает делать фото, пытаясь подобрать удачный ракурс.

– Сфотографировали? – раздается тихий голос у нас за спиной. От неожиданности у Вики из рук выпадает гаджет. Я в изумлении поворачиваюсь лицом к источнику звука.

– Кхе, кхе, – откашливается старичок. На вид ему далеко за восемьдесят, время наложило свой отпечаток: впалые усталые глаза, седая борода, лоб, изборожденный морщинами, сгорбленное тело, опирающеюся на трость. После паузы, я произношу тихое: «Да, сфотографировали…».

– Оно и правильно, – отвечает дедушка. – Таких надписей в Воронеже почти не сохранилось, а эта, – он указывает пальцем на белые буквы, – известна только местным. Вы это фото на военную выставку отправьте. А лучше, в газете напечатайте. Чтоб знали… Не дожидаясь ответа он развернулся и пошел вдоль дороги, оставив нас стоять, как вкопанных.

twb_jeodkic

– Всё-таки Воронеж красивый город, не поспоришь, – говорит Вика, озираясь по сторонам,  –возьми, к примеру, этот дом, – она подходит к черной табличке, украшающую вход в здание, читает: «Дом Ростро…»

– А вот и четвертая достопримечательность! – обрываю подругу на полуслове.

Пятницкого, 54. По этому адресу (бывшая улица Нееловская), расположилось жилое здание, принадлежавшее частному поверенному Михаилу Роменскому, известное также как «Дом Ростроповичей». Изначально построено в 1892-1893 годах как доходный дом. С 1897 года здесь проживала семья В.Г. Ростроповича – родоначальника династии известных музыкантов.

– Ростроповичи… что-то знакомое, – задумывается на секунду моя спутница, – Ну конечно! В городе музыкальный колледж их имени есть, была там недавно. Оказывается, в Воронеже еще и их дом находится! Интересно, интересно…

Пока она что-то бормочет себе под нос, протирая очки от налипших снежинок, я принимаюсь разглядывать фасад здания. Красный камень, два этажа, многочисленные закругленные к верху окна, два балкончика, невысокая дубовая дверь. Под мемориальной доской – приколоченная к стене полочка, на которой лежит красная гвоздика. По левую сторону от двери находится табличка, с надписью: «Объект культурного наследия регионального значения». Вика что-то ищет в интернете, а я, отвлеченная от окружающего мира, стою, смотрю на исторический памятник, погружаясь в свои мысли. Вдруг отвожу взгляд влево: «Вот она, современность!» – проносится в голове. Тут же, по соседству, возвышается многоэтажка, на 8м этаже которой расположилось знаменитое на весь город фэшн-кафе. Далее протянулся проспект Революции, шумный и многолюдный, со всеми новомодными постройками.

– Представляешь! – хватая за плечо, подруга сует экран телефона мне в лицо. Я читаю: «Власть Воронежа рассматривает вопрос о сносе Дома Ростроповичей».

Вика продолжает смотреть на меня в  недоумении, выпучив глаза.

Печально смотрю на неё, не зная, что сказать.

9b5b649cufo

Ленина 1. В сквере за Зданием Правительства находится необычный «лечебный» памятник – «Стул от жлобства №0001». Это весьма ироничная бронзовая скульптура высотой в 1,5 метра. На сиденье – отпечатки ладошек. Для избавления от «болезни» желающие должны приложить к ним руки, или присесть на них. Передняя ножка памятника отлита в виде человеческой ступни –напоминание посетителям об авторе – художнике Александре Ножкине. Рядом со «стулом» расположен плакат с биографией создателя и инструкцией по применению «лечебного прибора». Вика пускается к памятнику. Голуби под ее ногами разлетаются в разные стороны. Подбежав, она усаживается на стул и, достав из кармана последние карамельки, с видом победителя отправляет целую горсть в рот. Я подхожу к ней, на моем лице появляется лукавая улыбка: «Поделишься последней?». Задумавшись на секунду, Вика протягивает мне сладость в красной обертке, – Для друга не жалко, – подмигивает она.

xnhbm1uvsa4

Вечер. На часах 17:30. Последние лучи солнца покидают город, погружающийся в темноту. Секунда – Воронеж озаряется мириадами фонарей. Тут и там яркие огни освещают город, превращая его во что-то таинственное и красивое. Мы, уставшие, запрятав красные носы в воротники, грея в карманах замерзшие ладони, спешим на ближайшую остановку. Через пару минут сядем в автобус, оставляя за спиной достопримечательности города, с которыми познакомил нас этот снежный октябрьский день. Карта города, пара ног, 30 рублей на проезд – все, что понадобилось для необычного времяпровождения. «Предположить не могла, что в Воронеже есть такие места. Этот необычный досуг, пожалуй, составит конкуренцию посиделкам в кафе или просмотру фильма. Я и думать забыла про социальные сети, окунувшись действительно в реальный мир» – расскажет позже о своих впечатлениях Вика.

Ангелина Татаринцева, фото автора

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать HTML теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>