• Сегодня: Вторник, Октябрь 16, 2018

ВПУСТИ РЕБЕНКА В СЕРДЦЕ!

vFbDYVbXrlQ
Ежиный корреспондент
Ежиный корреспондент
Сентябрь21/ 2017

 

Каждый год в России совершается более 6 млн. абортов. Количество ежегодных отказов от детей в нашей стране — 18-20 тысяч. Это те дети, у которых никогда не будет детства.

 Мы с ребятами ездим с благотворительными поездками в интернаты. Привозим им праздники и хорошее настроение. Дружим с ними. Знаете, о чем мы чаще всего разговариваем? О том, как здорово жить в семье. И тогда многие из них тихо плачут…

Как так получается, что у детей забирают детство? Что можно сделать, чтобы мальчишки и девчонки в интернатах попали в семью?

Печальные факты

Мы часто слышим из уст женщин, сделавших аборты, одни и те же фразы: «Я не могла поступить иначе», «социальное и материальное положение не позволяют мне родить». Но если посмотреть на цифры, скрывающиеся за этими словами, перед нами откроется не самая приятная картина, показывающая настоящие причины абортов.

Статистика причин абортов в России:

1) По желанию — 40%

2) Угроза здоровью женщины — 21%

3) Различные социальные проблемы — 15%

4) Аномалии в развитии плода — 12%

Это в среднем 1,7 миллионов узаконенных убийств. Впечатляет? Я против убийства детей. Сейчас так много людей, которые организовывают помощь мамочкам, оказавшимся в трудной ситуации, помогают встать на ноги: приют им. Елизаветы Федоровны Романовой, и организация «Ангел-хранитель», и многие другие. Они действительно помогают беременным женщинам не сделать тот страшный шаг, у которого нет возврата.

Но моя статья не об абортах, хотя тема весьма животрепещущая. Просто я хочу сказать, что если такое количество женщин готовы убить своих детей еще в утробе, что уж говорить о «подкидышах».

«Там детям будет лучше», «ребенок слишком болен, я не могу выдержать эту ношу», «ему найдут хороших родителей, мы не потянем», — такие ответы на вопрос «Почему детей отдают в детские дома?» люди пишут в интернете. И если они действительно так думают, то мне становится страшно за свою страну, за ее будущее, за наших детей.

На начало 2015 года было официально зарегистрировано около 72 тысяч детей сирот, 70% которых являются таковыми при живых родителях. И только 39,5 тысяч из них обрели дом. А что становится с остальными? Что становится с теми, кого так и не усыновили? Как быть с их потерянным детством? Цифры страшные. Смотрите, что случается с детьми, которые так и не находят дом:

1) Адаптируются к условиям жизни — 10%

2) Становятся алкоголиками или наркоманами — 40%

3) Попадают в тюрьмы, связываются с преступной деятельностью — 40%

4) Заканчивают жизнь самоубийством — 10%

Также в РФ установлено 10 бебибоксов, в которые можно положить ребенка и забыть о нем навсегда. За несколько лет работы так называемые «колыбели надежды» спасли жизнь 47 детям. Вот только спасли или разрушили? Может, если бы их не было, неуверенная мать все-таки оставила ребенка себе? Этого нам не узнать, потому что оставление ребенка в данном случае анонимное.

Вглядываясь в ужасные цифры, особо остро ощущаешь, что нужно спасать божественное начало в ребенке, нужно забирать детей домой, нужно дарить им любовь и ласку. Нужно вызволять из интернатов будущее нашей планеты, ждущее своих родителей у окна детского дома.

 

Положительный опыт или развенчание мифов?

Еще мы посещаем больницы длительного пребывания детей в рамках проекта «Помоги другим», где я видела детей из интернатов, которые там лежат без поддержки и заботы близких. Они вроде такие же дети, как и другие, но было в них что-то отличающее, какая-то важная деталь выделяла их из большого количества других детей. Их глаза. Это были не простые, полные наивности, сказки и веселья детские глазки, но глубокие, повидавшие много горя, бездонные озера взрослой души. От одного взгляда такого ребенка без детства достаточно, чтобы понять, что он пережил много, слишком много для такого нежного возраста. От всей несправедливости увиденного так и хочется крикнуть в голос: «Так не должно быть!». Детские глаза должны улыбаться, видеть любящих родителей и родной дом, а не стены интерната или палаты отказников, в котором вянут «цветы жизни» и гаснут лучики надежды. В ребенке должен гореть огонь веры, любви и безоблачного радужного детства, которого достойна каждая маленькая личность.

Видя этих брошенных детей, общаясь с ними, мне хотелось бы донести мысль до граждан России, что чужих детей не бывает. Сегодня ситуация с усыновлением сильно изменилась. Теперь приемные дети – это не позор, как было много лет в нашей стране. Это реальная возможность для ребенка, а также и для семьи, которая, например, по каким-то причинам не может иметь своих детей, стать счастливыми.

Но до сих пор существует два мифа, которые сегодня весьма сильно затрудняют путь таких деток домой. Об этом часто и много пишут интернет-издания, а также газеты.

Первый миф: собирать документы для усыновления неимоверно сложно

Второй миф: там, в палатах отказников и в интернатах, все дети тяжело больны.

 

t8jDVq_cJIU

 

Вообще, вдохновила меня на этот материал наш руководитель Марина Евгеньевна Лисавенко, дважды мама и дважды брала детей из детских домов. Именно она познакомила нас с ребятами в больницах и домах интернатах. Именно она помогла нам создать и успешно осуществлять наш социальный проект «Помоги другим». Это человек, который не понаслышке знает, как это – забирать ребенка домой, и что мифическая информация уже давно устарела. Как это – впустить ребенка в сердце? История из первых уст.

— Марина Евгеньевна, трудно ли было принять для себя такое решение?
— Давным-давно, когда мне было 28 лет, врачи поставили один из самых страшных диагнозов для женщины. Я узнала, что не смогу никогда иметь детей. Но я лет с 15 хотела стать мамой (смеется). Надо мной даже дома шутили, что «вот Маринка вырастит, и будет у нас внуков 5, не меньше». Но не сложилось. Хочу сказать, что я всегда была против абортов, ибо считаю, что дело это страшное. И если Бог создает в тебе жизнь, то ты не имеешь права ее прерывать. Мне потребовался год, чтобы принять решение об усыновлении и заручится поддержкой родных. Ведь в таком деле, как появление ребенка, должны принимать участие все самые близкие люди. Так и было принято самое важное в моей жизни решение – стать мамой!

— А были сомнения?
— Были. В нашей стране долгие годы усыновление считалось зазорным делом. Серьезно. Я даже проводила исследования на эту тему для форума «усыновляшек». 60% людей открыто заявляли, что никак нельзя брать в дом чужого ребенка, что никогда не смогли бы его полюбить. Но, слава Богу, меня это не сильно испугало. Прошло 9 лет. И все-таки ситуация стала другой.

— Давайте о мифах, которых так боятся люди.
— К сожалению, действительно мифы еще существуют. Но у меня двое прекрасных парней, которые вполне здоровы и счастливы. Конечно, если ребенка бросают, то этот стресс остается долгое время в его голове. Ведь, если мама носит в животе уже нелюбимого малыша, уже планирует его оставить, то ребенок это чувствует еще в утробе. Потом он появляется на свет и попадает в полное глобальное одиночество. Могут возникнуть проблемы с неврологии, иногда задержка речевого развития. Но, поверьте, все поправимо.

 

— А как реагировали дети, когда попадали в вашу семью?
— Знаете, первого сына мы забирали, когда ему было всего 7 месяцев. И целый год наш ребенок вообще не плакал. Даже если падал, и ему было очень больно. Он все время улыбался. Причем начинал это делать, как только просыпался в кроватке. Вот такое у него было счастье.

Со вторым сыном ситуацию чуть сложнее. Он оказался в приюте в 3 года. Возраст весьма осознанный. Сильно переживал. Долго там плакала, как рассказывали воспитатели. А потом перестал разговаривать. Только если возникала реальная необходимость. И у нас он полгода практических молчал. Не обошлось и без задержки речевого развития. Зато теперь он у нас настоящий «воробышек» — щебечет и щебечет. Как просыпается, сразу начинает говорить: пересказывать сон, задавать вопросы. Работаем с логопедом. Все решается.

 

— Долго он привыкал к новому дому?
— Привыкал долго. Плакал много. Тихо говорил, что скучает по «другой маме». Прошло 1,5 года, и теперь на вопрос, как его зовут, гордо отвечает: Мирослав Лисавенко. Для всего нужно время и терпение. Единственное, что до сих пор остается пока неизменным – прячет все сладости под подушку. Это такой остаточный «синдром» из приюта. Там же все отбирали старшие или более сильные ребята. А он у нас маленький и хрупкий. Но мы не переживаем. Даже коробочку туда поставили маленькую, чтобы ему было удобнее прятать. И уже стал меньше туда заглядывать. Так что, и это проблема не проблема.

 

— Изменилась ли ситуация на сегодняшний момент времени в самом процессе усыновления?
— Безусловно. Второго ребенка я забирала из приюта недавно, в 2015 году. Было ему тогда 4,5 года. И надо сказать, что поменялись и отношения органов опеки, и медицинских работников, когда проходишь медицинское обследование, и вообще окружающих людей. Ведь от соседей не скроешь, что жили вы, жили семьей, где один мальчик. И тут – раз – и второй достаточно большой мальчишка появляется. Все всё понимают. И очень дружелюбны. В отличие от первого опыта, когда наши соседи весьма некрасиво отзывались о нашем решении, как за спиной, так и в лицо. Те самые, всеми любимые бабушки (смеется).

Поэтому я считаю, как и многие мои знакомые (только за прошлый год 5 моих друзей забрали деток из детских домов), что детей надо забирать домой. Дарить им тепло и любовь. Ты впускаешь его в свое сердце, и она там навсегда.

Мы живем в большой и сильной стране, которую, конечно же, тревожат политические и экономические бури. Но наш народ переживал и гораздо большие потрясения достойно. И никогда не бросал в беде детей, оставшихся без родных родителей. Сейчас есть все возможности для того, чтобы малыши и уже не маленькие мальчишки и девчонки обретали любящих родителей. Вы спросите: ты серьезно в это веришь? Да, потому что меня окружают люди, которым не все равно!

Алина Студеникина, фотографии из архива Марины Лисавенко

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать HTML теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>