• Сегодня: Воскресенье, Декабрь 16, 2018

Интервью с солистом группы «макулатура» Константином Сперанским

AsB9ZH3z7XA

Закончен тур группы «макулатура» по городам России. Герои унылого репа объехали регионы, чтобы поделиться с аудиторией своими треками и презентовать только что вышедший в издательстве «Ил-music» роман Евгения Алехина «Календарь». После их концерта 26 октября в Воронеже один из участников поэтического дуэта Константин Сперанский любезно согласился пообщаться.

 

«Мне кажется детство – самая стремная и скучная пора, там вообще ничего не происходит»

Какие общие впечатления от тура?

— Нормальный тур. Не пили половину тура, потом стали пить – прошел быстрее, чем когда не пьешь. Вот и все новости.

Когда выходит ваш новый альбом?

— Да непонятно. Может, в декабре – где-то так. Он готов, просто треки сводятся долго, потому что это кропотливая работа. Человек, который сводит, любит долго работать.

Планируются ли у вас с Евгением новые проекты? По типу того же «Русского леса» (прим. ред. – сериал Евгения Алехина и Константина Сперанского)?

— Ну, как эти проекты рождаются: едешь, не знаю, в автобусе – **** [бац], пришла мысль какая-то, и ты говоришь, вот, давай так сделаем. Они планируются очень спонтанно. Если возникнет такая вспышка, то почему бы и нет.

У вас в тексах часто проглядывает тема школы. Почему?

— Просто как-то возвращаешься по-разному это отрефлексировать, тогда это невозможно было сделать. Раньше я занимался непосредственным переживанием впечатлений, а сейчас просто пытаюсь разными способами их осмыслить. Мне кажется, детство – самая стремная и скучная пора, там вообще ничего не происходит. Просто не понимаю, почему люди говорят, что детство – это лучшая пора, драматизируют. Я бы очень хотел послушать такого человека: чем оно хорошо?

Часто звучит тема неудачных отношений с девушками. Как вы переживали такие неприятные моменты?        

— Я не помню всего, что было, когда писались «пляж» и «сеанс» (прим. ред. – альбомы группы 2016 и 2017 года). Уже смотрю на это, как на историю с глуповатым недотепой, в принципе хорошим парнем, который попал в водоворот каких-то [неприятностей]. Очевидно, что женщина его не любила, а он за ней гонялся и не желал это понимать. Я на это смотрю сейчас с недоумением.

 

«Я предпочел бы скорее выступать в маленьких подземных кабаках»

У вас в группе около шестидесяти тысяч подписчиков. На концерты в регионах приходит по сто-двести человек. Вы довольны результатами своей деятельности?

— Да, нормально. Если придет два человека, будем для двух выступать. Придет два миллиона – выступим для двух миллионов, какая разница? Не важно. Бывает проблема с местами, где приходится выступать. Есть какие-то пафосные концертные площадки с тридцатью техниками, там куча мониторов, охранников – вот это я ненавижу. И когда в такой сверкающий дворец приходит тридцать человек, это выглядит странно. Я предпочел бы скорее выступать в маленьких подземных кабаках.

В барах, как этот? (прим. ред. — STATION MIR)

— Вот это хорошее место кстати. В Воронеже еще было хорошее место «Буковски»(коктейль-бар BUCOWSKI), там выступали несколько раз – мне оно нравилось больше всего.

А в целом, вам как Воронеж?

— Великий город с хорошей историей. Платонов тут тусил, Мандельштам очень грустные времена переживал.

 

«Гуманизм – это продукт просвещения, это идеология, и я не верю, что она может быть фундаментом для какой-либо философии»

Как вы к христианству относитесь?

*смеется*

Это, конечно, больше к Енотову (прим. ред. – Михаил Енотов, поэт, участник проекта «ночные грузчики») вопрос. Но вот Камю, например, говорил, что, если вы не понимаете христианства, — значит вы человек ограниченный; а если разделяете позиции христианства, вы дилетант. К кому бы вы себя отнесли?

— Да Камю – ***** [заблуждался], я вам так скажу. Камю – для школьников.

А кто не для школьников?

— Не знаю. Потом школа заканчивается, и человек сам решает, кто для него.

Для вас кто таким автором стал?

— Я бы не назвал какое-то одно конкретное имя. Да хотя бы Самуил Яковлевич Маршак, мне кажется, важнее Камю.

Ну, раз вы так на Камю отреагировали, то про Сартра и не стану спрашивать.

— Сартр поинтереснее, чем Камю. У Камю мне нравится «Посторонний» – больше ему в принципе ничего и не стоило писать. Еще он отталкивается от гуманизма, как от чего-то непреложного, даже не подвергает его сомнению. А гуманизм – это продукт просвещения, это идеология, и я не верю, что она может быть фундаментом для какой-либо философии. Примерно так же и у Сартра, но, поскольку он мразь и не пытался корчить из себя хорошего человека, он поинтереснее, а Камю то пытался быть героем. Если ты Камю, то ничего не сделаешь с собой, а Сартр – просто мерзкая гнойная черепаха, и он этого не скрывал. Между ними двумя, честно говоря, я бы выбрал кого-то третьего.

Кафку бы выбрали?

— Кафка крутой, да. Но мне больше нравится Вальтер Беньямин, раз уж на то пошло – для меня это главный мыслитель двадцатого века, потому что в нем есть все. Это один из немногих левых, который не был гуманистом в традиционном понимании – такой гуманист-пессимист, если угодно. То есть он не говорит о том, что человечество ожидают какие-то там виноградники, бесконечные солнечные дни – он говорит о том, что человечество в любом случае несется в пропасть, а задача революционера – это как можно дольше держать стоп-кран.

 

«Если бы Навальный приготовил мне салат, я бы не стал его есть из брезгливости» 

Четыре года назад вы говорили, что Навальный может стать заменой Путину. Сейчас как к нему относитесь? Ходили на его последние митинги?

*удивленно* — Я так говорил, правда? Ну, наверное, я был глуп.

Теперь вы так не считаете?

— Да нет. Даже не хочу обсуждать этого идиота. Я считаю его неким маппет-шоу, таким дурачком из телевизора. Просто непривлекательным, неприятным. Вот это как если бы он приготовил мне салат, а я бы не стал его есть из брезгливости.

А если не Навальный, то какие политические силы, на ваш взгляд, могут что-либо изменить?

— Сама система может что-то родить. Вот, появился Золотов, как персонаж, и теперь мы наблюдаем, что он сделает. Это интересно. Я, конечно, ни в коем случае не буду его поддерживать, но в любом случае это изменение возникло. А Навальный вообще ничего не сделает никогда. За него просто будут люди под мусорские дубинки попадать, а он будет получать гранты.

То есть система сама себя съест?

— Нет, она не съест себя, просто будет претерпевать некие метаморфозы и все. Я абсолютно уверен в этом.

Ваши политические взгляды не изменились за последние годы?

— Я считаю, что в идеальном мире для России была бы парламентская социал-демократия по типу февральской модели начала двадцатого века. Но проблема в том, что у нас нет парламентаризма в принципе. Культуры парламентаризма. Люди не верят, что имеют какое-то отношение к власти – они абсолютно отчуждены от государства. Ходят на выборы и не понимают, что делают то, что им говорят.

Автор: Егор Якимов

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать HTML теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>