• Сегодня: Пятница, Октябрь 22, 2021

«Мальчишки уходят в разведку». По следам Константина Феоктистова

yQFy3zVmeMU
Ежиный корреспондент
Ежиный корреспондент
Сентябрь25/ 2021

Константин Петрович Феоктистов – первый гражданский человек в космосе, Герой Советского Союза, доктор технических наук, профессор, инженер-разработчик советских космических кораблей и орбитальных станций, уроженец и почётный гражданин города Воронежа. 12 октября 1964 года Константин Петрович вышел на орбиту Земли в составе экипажа корабля-спутника «Восход». А за 22 года до этого, 11 августа 1942 года будущий космонавт был… расстрелян.

В рамках проекта «Победа между строк» прошла акция, посвящённая юным Воронежским разведчикам. Основное внимание было уделено личности Константина Феоктистова и Юрия Павлова в связи с приближающейся годовщиной «расстрела». Вместе с кандидатом исторических наук Владимиром Размустовым мы постарались повторить маршрут нескольких разведок по информации из архивных документов из Электронной библиотеки исторических документов Российского исторического общества и автобиографической книги Константина Феоктистова «Траектория жизни».

В конце июня 1942 года отца Феоктистова призвали в армию, а в городе начались бомбёжки. Мать приняла решение покинуть Воронеж вместе с сыном. Семья отправилась на восток в потоке беженцев. На третьи сутки мать отправилась в соседнюю деревню, чтобы выменять еду, и 16-летний Костя сбежал, оставив записку, в которой написал, что должен быть в городе.

6 июля мальчика приняли в разведгруппу при Воронежском гарнизоне. В городе уже были немцы, и первым заданием Константина стало пробраться на занятую территорию и узнать, что там происходит.

Ранним утром юный разведчик переплыл реку Воронеж. Фашисты открыли огонь, однако попасть в него не могли, так как стреляли сбоку и издалека, но ближе к берегу пули стали опаснее. Перемещаться к городу приходилось перебежками: падая на землю и изображая неподвижность, до тех пор, пока стрельба не кончится, и через какое-то время продолжать движение. Вскоре к нему подошли трое солдат с автоматами и отвели к немецкому отряду, где мальчик рассказал одному из фашистов, говорящему по-русски, заранее придуманную легенду: «Вернулся в город, чтобы разыскать мать – по дороге из города потеряли друг друга». Разведчика усадили в коляску мотоцикла и по очереди отвезли в два немецких штаба, где допрашивали, но получали всё тот же ответ. В итоге, во втором штабе дали ведро и приказали принести воды. Костя оставил ведро у колонки и незаметно ушёл.

В автобиографической книге «Траектория жизни» космонавт писал: «Не помню, было ли мне страшно. Было, наверное, не могло не быть. Но, видимо, страх подавлялся, то ли по глупости, то ли азартом каким-то, то ли, наоборот, расчетливостью в действиях, которая у меня тогда вдруг проявилась…»

Первым настоящим потрясением для юноши стала его третья разведка, в которую он отправился с неким Валентином Выприцким. По всему городу висели листки немецкого приказа об эвакуации мирного населения. Внизу листовки было написано: «За неповиновение расстрел!» На обратном пути между мальчиками возникло разногласие: Валька предлагал вернуться тем же путём, которым они пришли в город: пробраться в дом на нейтральной полосе и дождаться там ночи, чтобы вернуться к своим, а Константин настаивал на более привычном для него варианте: ночью переплыть реку. Валентин был назначен старшим, поэтому пришлось подчиниться. Случилось то, чего Костя больше всего опасался: едва они оказались на нужной улице, ребят схватили немцы. Отговорка: «ходили собирать яблоки» не сработала, мальчишек завели на холмик, где стоял пулемёт, и сказали копать. Внезапно со стороны, занятой советскими солдатами, раздался выстрел. О дальнейшем Константин Феоктистов писал: «Я обернулся: Валька лежал с пробитой головой. Мертвый. Началась перестрелка, немцам стало не до меня, и я сбежал. Назад я шел через город к реке. Дождался ночи и, переплыв реку, вернулся к своим. Смерть Вальки была для меня первым сильным потрясением. До этого я уже повидал немало трупов, но то были незнакомые люди, а тут свой, близкий парень!»

По июльским и августовским рапортам опергруппы можно понять, что Константин Феоктистов во время разведок побывал в разных частях города. Он сообщает о немецких штабах, вооружении, повешенных за невыполнение указа об эвакуации.

В свою последнюю разведку юноша отправился с 13-летним Юрием Павловым. В 1941 году завод, где работали его родители, был эвакуирован в Куйбышев (сейчас Самара), вместе с рабочими и их семьями. В мае 1942 года Юра сбежал на фронт. Как ему удалось вернуться в Воронеж в разгар ожесточённых боёв, история умалчивает. После своей первой разведки он рассказал о восстановленной немцами пекарне: «Из нашей муки хлеб пекут себе. Вот бы грохнуть по гадам», – как он выразился. На следующий день пекарня была уничтожена советским самолётом У-2.

Итак, 11 августа 1942 года Юра Павлов и Костя Феоктистов помимо новых данных должны были добыть специальный пропуск, который немецкая комендатура выдавала тем немногим горожанам, которые были привлечены к обслуживанию немецких тыловых учреждений. На улице Коммунаров разведчикам встретилась женщина, которая отдала им свой пропуск и рассказала, где находится штаб комендатуры. Мальчикам приходилось пробираться дворами, перелезая через заборы, так что к середине дня такой способ перемещения их сильно утомил: Юра был невысок, и Косте всё время приходилось его подсаживать. Решили идти по улице Средне-Смоленской, держась на расстоянии примерно сто метров друг от друга. Константин шёл впереди. На пересечении с улицей Сакко и Ванцетти он наткнулся на немецкий патруль.

Юра Павлов успел юркнуть в подворотню и затаиться. Немцы не нашли его, и юный разведчик смог доставить образец спецпропуска. 21 сентября того же года Юрий погиб от взрыва немецкой авиабомбы на одной из разведок. Родители узнали об этом только спустя 23 года. Сейчас именем Юры Павлова назван переулок в Самаре, где они жили.

Константин Феоктистов вспоминает о том роковом дне: «Один из них, высокий, с эсэсовскими молниями в петлицах, схватил меня за руку, что-то крича, и повел через арку во двор. Притащил к глубокой яме, поставил к ней спиной, достал пистолет (отчетливо запомнилось: почему-то не «вальтер», не «парабеллум», а наш «ТТ» – опробовал?), снял с предохранителя и, продолжая орать, махал им перед моим носом. Я различил «рус шпион», «партизан», «откуда пришел» и понял: пахнет жареным, дело, наверно, совсем плохо, пожалуй, на этот раз не вывернуться. С эсэсовцем я еще не сталкивался (обычно с патрулями было проще: они почти приучили меня к мысли, что убивать мальчишку немцы просто так не станут). Но и в этот момент страха не было. Даже мелькнула мысль выбить из его руки пистолет и дать деру, но тут же понял: бредовая мысль, слишком здоров немец.

Внезапно в его глазах что-то изменилось. Я не успел испугаться, увидел только мушку на стволе пистолета, когда немец вытянул руку и выстрелил мне в лицо. Я почувствовал будто удар в челюсть и полетел в яму».

По словам Константина Феоктистова, падая, он перевернулся и упал на руки, чем смягчил падение. Пуля попала в подбородок и прострелила шею навылет. Мальчик лежал неподвижно, однако вскоре рядом с головой упал большой камень: видимо, эсэсовец хотел быть уверенным в том, что его жертва мертва. Вечером он с трудом выбрался из «расстрельной ямы» (подвала дома №66 по улице Сакко и Ванцетти, куда попала бомба) и спрятался в большой деревянный мусорный ящик в соседнем дворе, чтобы дождаться темноты. Позже направился к реке, но почувствовал, что не хватает сил, спрятался в кустах в чьём-то саду и уснул. Утром услышал голоса, ему показалось, что это были немцы, поэтому юноше пришлось просидеть в своём укрытии весь день Ночью, когда всё стихло, наконец добрался к реке, переждал патрули и незаметно перебрался на другой берег. Константин дошёл до Придачи, где, как ему было известно, находился разведбатальон. Мальчика отвезли в медсанбат, а оттуда – в эвакогоспиталь в село Макарье.

 

 

p2yo3Yj39AY

Автор фото — Владимир РАЗМУСТОВ

 

Нам удалось побывать во дворе того самого дома №66 по улице Сакко и Ванцетти. Хозяйка Ольга Николаевна Петренко даже показала нам восстановленный подвал, где расстреливали Феоктистова. Она подтвердила, что раньше здесь жил врач Леонид Викторович Ковалевский, который, согласно архивным документам, в 1969 г. показывал это место сотруднику Комитета Государственной Безопасности, проводившему проверку сведений о Феоктистове как разведчике.

 

 

BG9ZyMrPD78

Автор фото — Владимир РАЗМУСТОВ

 

В своих воспоминаниях Константин Петрович рассказывает, как закончилась эта история: «Очень трогательно обо мне в госпитале заботились, но недели через две я оттуда сбежал и явился в свою часть. Меня, однако, снова отправили долечиваться, но не в госпиталь, а в медсанбат, который располагался неподалеку в лесу. Через пару недель я оттуда ушел. Однако на этот раз группу свою на месте не застал, она куда-то перебазировалась. Было обидно, что меня об этом не предупредили. Пришлось возвратиться в медсанбат. Через несколько дней вдруг появилась моя мать. Надо же, нашла! Мать моя была женщиной крутой. Бросила корову, вещи, сумела проникнуть в прифронтовую полосу, узнала о моей судьбе, нашла госпиталь, где меня уже не было, и, наконец, нашла меня».

Юрий Павлов и Константин Феоктистов успели встретиться ещё раз – когда будущий космонавт сбежал в свою часть из госпиталя. Оба в 1965 году были удостоены Ордена Отечественной войны – один – I степени, другой – II, посмертно. В память об 11 августа 1942 года была написана поэма Валентина Столярова «Мальчишки уходят в разведку».

 

Арина РАЗМУСТОВА, фото обложки — портал Культура.РФ

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать HTML теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>